Станислав Павлов (nikolaevec) wrote,
Станислав Павлов
nikolaevec

Category:

Легитимизм и "синтетическая монархия"




А.Н. Закатов
(Жизнь за Царя, 1997, № 26-27)


Дискуссия, недавно развернувшаяся вокруг Российского Императорского Дома, выявила наличие двух основных точек зрения. Любопытно, что водораздел прошел не по линии приятия и неприятия самой монархии, а по отношению к Династии Романовых. С одной стороны мы видим признание важности и значимости для современной России Императорского Дома, как исторической институции, символизирующей историческую преемственность, а с другой - достаточно агрессивное неприятие Романовых, попытки всеми правдами и неправдами оспорить их права и доказать, что история этой Фамилии на Родине закончилась окончательно и бесповоротно.

Среди сторонников интеграции Императорского Дома в жизнь страны есть как активные монархисты, так и те, кто считает восстановление монархии несвоевременным. Среди противников Династии мы так же находим лиц с монархическими и антимонархическими убеждениями. В чем же дело? Ответ на этот вопрос, на наш взгляд, заключается в следующем.

Как друзья, так и враги Династии или ясно сознают, или смутно чувствуют, что именно законный Императорский Дом олицетворяет собой ту мощную монархическую традицию, которая выковывалась в России тысячу лет. Эта монархическая и династическая традиция, независимо от того, будет ли она востребована в ближайшем будущем русским народом на государственном уровне, или нет, представляет собой несомненную духовную силу и является одним из важнейших символов для тех, кто хочет строить российскую государственность не на пустом месте, а на реальной исторической почве. И именно поэтому она же вызывает острое неприятие у тех, кто стремится создать нечто синтетическое, новое - будь то "православная монархия" или коммунистическая республика.

Для православных людей, среди которых идеи монархии имеют наибольшее распространение, отношение к Дому Романовых зиждется, во-первых, на клятве Земского и Поместного Церковного Собора 1613 г. о верности этой Династии до скончания века, а во-вторых — на Законе о престолонаследии Императора Павла, по словам виднейшего идеолога русского монархизма Л.Тихомирова, "не допускающем уже никаких перетолкований, и не оставляющем места никакому выборами между несколькими лицами царствующего дома" (Тихомиров Л. Монархическая государственность. СПб., 1992, с.443). Клятва 1613 г. закрепляет принцип династичности, а Акт Императора Павла 1797 г. — наследственности, легитимности в рамках Династии.

Существует и иное мнение. При¬верженцы идеи нового Земского со¬бора полагают, что клятва 1613 г. может быть снята "таким же собором", а Акт о престолонаследии нужно использовать только для попыток опровергнуть права линии Владимировичей - единственной на данный момент легитимной и правомочной ветви Династии. Обоснованию этой точки зрения посвящена, в частности, книга г-на М.В. Назарова "Кто наследник российского престола?" (о ней в "Неза¬висимой Газете" опубликовано уже несколько отзывов).

До сих пор нам не приходилось полемизировать с г-ном М.В. Назаровым, хотя он в "Русском вестнике" (N 20-22' 1997) и любезно зачислил нас в свои оппоненты. Признаемся, что те наши статьи, о которых упоминает там г-н М.В. Назаров, были написаны до того, как их автор узнал о существовании его работы, и не имели целью опровергать именно это эпохальное творение. В тех статьях речь шла о некоторых концептуальных, исторических и юридических заблуждениях, которые воспроизводит в своей книге и г-н М.В. Назаров. Но родились эти заблуждения, увы, задолго до появления г-на М.В. Назарова на свет. И возвращаться к их рассмотрению приходится вновь и вновь лишь потому, что, будучи давно разоблаченными, они продолжают тиражироваться и распространяться среди аудитории, недостаточно знакомой с литературой в этой области.

В своей последней статье в "Независимой Газете" (28.06.97.) "Монархия: православная или декоративная?" г. М.В. Назаров полемизирует с Председателем Историко-Родословного Общества к.и.н. С.В. Думиным. Полемика — дело хорошее. Но истина из подобного спора может родиться только в том случае, если обе стороны остаются на почве корректности - и научной, и просто человеческой.

Определив себя как "историка", г-н М.В. Назаров несколько погрешает против истины. С таким же успехом он мог бы называться физиком или биологом. Дело здесь, конечно же, не в наличии диплома или ученой степени. И кандидат исторических наук может ошибаться, и историк-любитель - сделать правильные выводы. Весь вопрос заключается в овладении методологией и знакомстве с научной этикой. Без методологии любое исследование окажется написанным по принципу "в огороде бузина, а в Киеве дядька", а без этики вместо научной работы мы получим заидеологизированное и тенденциозное сочинение, никоим образом не проясняющее суть проблемы. Примером такого подхода, к сожалению, стала и книга г-на М.В. Назарова. В приложении к ней, превосходящем по объему собственно авторский текст, г-н М.В. Назаров подобрал все документы (промежуточные резолюции, частные письма, записки и мемории), которые с его точки зрения подтверждают его концепцию. И подвергая эти исторические источники собственной интерпретации, далеко не всегда адекватной, он замолчал документы, опровергающие его тезисы.

Если ставится цель опорочить и скомпрометировать кого-либо или что-либо, достичь ее можно довольно быстро. Чтобы облить человека грязью достаточно секунды. Чтобы счистить эту грязь с одежды требуется и время, и усилия, и средства. В сфере идеологии обливание грязью еще доступнее, и обличитель всегда оказывается в выигрышном положении. Если последовательно опровергать аргументы против Великого Князя Владимира Александровича, Императора Кирилла Владимировича, Великого Князя Владимира Кирилловича и Великой Княгини Марии Владимировны, то придется написать том, гораздо более толстый, чем книга г-на М.В. Назарова. Попробуйте разобраться со всем тем нагромождением юридических, исторических, моральных и нравственных упреков, которые изливает г-н М.В. Назаров! Каждый по отдельности из них не стоит ломаного гроша и легко объясняется, но вместе они производят какое-то гнетущее впечатление и невольно наводят на мысль - да что же за исчадия ада эти Владимировичи?

При этом г-н М.В. Назаров так оборачивает вопрос, как будто легитимисты хотят сделать из Владимировичей ангелов, а они на самом деле являются бесами. В реальности же нет ни того, ни другого - легитимисты исходят из того, что Царствующий Монарх или Глава Династии по сути своей - такой же человек, со свойственными человеку достоинствами и недостатками. Но, следуя учению преп. Иосифа Волоцкого, память которого не совсем к месту потревожил г-н М.В. Назаров, мы утверждаем, что "Царь естеством подобен всем человеком, властию же подобен Вышнему Богу". И эта богоданная и богоподобная власть защищает Государя от суждений о его личных недостатках со стороны г-на М.В. Назарова и его единомышленников.

Поэтому мы не будем принимать правила игры, навязываемые г-ном М.В. Назаровым. Возможно, он упрекнет нас, как и С.В. Думина, в том, что мы замалчиваем часть его аргументов (как, впрочем, в ГАЗЕТНОЙ СТАТЬЕ можно написать обо всех тезисах КНИГИ?), Повернем вопрос по иному: нужно ли доказывать дальтонику в каждом случае, что он заблуждается относительно цвета? Не проще ли разобраться в общем состоянии органов его зрения? Так же проще охарактеризовать и сам метод и подход г-на М.В. Назарова. Кстати, упрекая С.В. Думина в предвзятости и замалчивании, г-н М.В. Назаров сам относится к аргументам оппонентов достаточно вольно. В своей книге он отражает позицию легитимистов примерно так: "Даже припертые к стене фактами, активные приверженцы "Кирилловичей" в России отметают все приведенные возражения как "ложь, клевету, ... откровенную глупость" (Закатов А.Н. Декабристы нашего времени); как "пришедшие из-за бугра невежественные сплетни со всех эмигрантских гадюшников, ... вздорные обвинения — множество мелочей, из коих каждая в отдельности не стоит выеденного яйца". При этом утверждается, что порядок престолонаследия "свято соблюдается до сего дня", "права Великого Князя Владимира Кирилловича слишком бесспорны и очевидны, и подтверждены к тому же отцами Церкви"; сомневающийся же - "хочет похитить у нас плоды покаяния" (Алек¬сандров М.А. Кому мешает Великий Князь. – М., 1991)" (Назаров М.В. Ук.и соч., - С.60).

Этими несколькими патетическими словами г-н М.В. Назаров хочет исчерпать аргументацию легитимистов. Но, позвольте: в двух упомянутых им работах (кстати, далеко не единственных и не самых полных) содержится масса информации, цитируются законы и документы, дается ответ на большинство вопросов, поставленных г-ном М.В. Назаровым. Г-н М.В. Назаров об этом не упоминает, лишний раз демонстрируя, что историком он именоваться не может. Ибо ни один уважающий себя историк не позволит себе полностью игнорировать мнение оппонента и ту источниковую базу, на которую он опирается. Историк может интерпретировать факты, расставлять по-своему акценты, делать некоторые логические выводы – но проходить мимо целого пласта документов, не вписывающихся в его концепцию, он не имеет права.

Что же касается законов, то тут исследователь лишен и права интерпретации. Решая любой юридический вопрос, в частности, вопрос о престолонаследии, необходимо исходить только из текста закона, а не из его интерпретаций, или интерпретации чужих интерпретаций. И оставаясь на почве закона, мы с первых слов статьи г-на М.В. Назарова обнаружим неоправданность его подхода.

Г-н М.В. Назаров утверждает, что «в православной монархии принцип первородства необходимый, но недостаточный». Закон же говорит другое: порядок престолонаследия изложен в главе второй Первого раздела Основных государственных законов Российской Империи, в неприкосновенных статьях 25-39. Эти статьи расписывают престолонаследие по принципу мужского первородства с переходом престола в женское поколение после пресечения последней династической мужской ветви; закрепляют обязательное православное исповедание Императора; дают право добровольно отречься от своих прав и предписывают совершение миропомазания после воцарения. А статья 53 главы пятой (О вступлении на Престол и присяге подданства) гласит: «По кончине Императора, Наследник его вступает на Престол СИЛОЮ САМОГО ЗАКОНА О НАСЛЕДИИ, ПРИСВОЯЮЩЕГО ЕМУ СИЕ ПРАВО (выделено мной- А.З.). Встуление Императора на Престол считается СО ДНЯ КОНЧИНЫ ЕГО ПРЕДШЕСТВЕННИКА (выделено мной- А.З.)».

Итак, ТОЛЬКО ЗАКОН О НАСЛЕДИИ. Никаких дополнительных требований, сверх изложенных в статьях 25-39, никто к Императору или Главе Дома предъявлять не может. Никакие личные недостатки и несоответствие представлениям г-на М.В. Назарова об идеале Православного Царя не могут явиться препятствием к законному наследованию престола.

Г-н С.В. Думин деликатно не упомянул одно из нелепых утверждений г-на М.В. Назарова, позаимствованное им у автора 1920-х гг. М.В. Зызыкина, о том, что нарушение некоторых других статей закона не лишают члена Императорского Дома полностью прав на Престол, но «отодвигают его в очереди», Но раз г-н М.В. Назаров так настаивает на этом «изобретении», скажем: не говоря уж о том, что в законах нет ни слова о таких «передвижениях», сама мысль об их возможности делает Закон о престолонаследии вообще бессмысленным, превращая его в головоломку, вряд ли решаемую даже с помощью компьютера. А ведь Император Павел I, создавая свой Закон, главной целью его обозначил: «ДАБЫ НЕ БЫЛО НИ МАЛЕЙШЕГО СОМНЕНИЯ, КОМУ НАСЛЕДОВАТЬ».

Таковы интерпретации законов г-ном М.В. Назаровым — на законах абсолютно не основанные. Что касается его исторических изысканий, то здесь мы опять видим и недоговоренности, и передергивания и даже прямую неправду.

Г-н М.В. Назаров утверждает, что Великий Князь Кирилл Владимирович был лишен прав престолонаследия из-за своего брака с Викторией Феодоровной. Не вдаваясь во все подробности этого дела (для этого потребовалась бы отдельная статья), отметим лишь важнейшее: во-первых, законы не предусматривают и не допускают отстранение от прав на престолонаследие любого члена Императорско¬го Дома (даже Великий Князь Николай Константинович, сосланный в Ташкент под предлогом наказания за кражу драгоценностей матери, а на деле - за связь с революционным подпольем, не был лишен Императором Алек¬сандром III прав престолонаследия); во-вторых, признав брак Кирилла Владими¬ровича Сенатским Указом 15 июля 1907 г., Император Николай II устранил причину, согласно которой могло бы быть устранено от престоло¬наследия ПОТОМСТВО Кирилла Владимировича. Промежуточная резолюция Императора Николая II о непризнании брака никогда в закон обращена не была, и весь проект решения, неблагоприятного для Кирилла Владимировича и его потомства, так и остался в черновиках, докладах, мемориях и письмах. Исходом же всего этого был Указ, имею¬щий силу закона, и полностью освобождающий ветвь Владимировичей от санкций, которые мог бы повлечь со¬вершенный без дозволения Императора брак Кирилла Владимировича.

Г-н М.В. Назаров голословно утверждает, что указ о лишении Кирилла Владимировича прав на престол существовал, но остался тайным. Это, конечно же, бессовестная ложь, но важно еще и то, что законодательство Российской Империи исключало возможность таких тайных указов в принципе. Любой акт, связанный с престолонаследием, становился законом только после обнародования через Сенат. В противном случае он оставался бы простой бумажкой, необязательной к исполнению никем. Император Николай II знал это гораздо лучше г-на М.В. Назарова, и примерно наказав Кирилла Владимировича, простил его и узаконил династический статус его супруги и потомства. К слову сказать, Великий Князь получил разрешение вернуться в Россию не на похороны отца, как утверждает г-н М.В. Назаров, а на похороны дяди Великого Князя Алексея Александровича в 1908 г. Тогда же Николай II вернул ему звание флигель-адьютанта.

Дневники и переписка Государя-Мученика свидетельствуют, что добрые отношения с семьей Кирилла Владимировича у него полностью восстановились. На всех официальных церемониях Кирилл Владимирович занимает третье - в порядке престолонаследия – место (после Цесаревича Алексия Николаевича и Великого Князя Михаила Александровича).

Тот факт, что имя Великой Княгини Виктории Феодоровны не упоминается в церковных книгах, к престолонаследию ни малейшего отношения не имеет. Там действительно не упоминались разведенные Великие Княгини — Виктория Феодоровна и Анастасия Николаевна. Но они-то престол не могли наследовать ни при каких обстоятельствах, ибо были причислены к Императорскому Дому по браку. Потомство же Кирилла Владимировича, имеющее право престолонаследия, в церковных книгах упоминается в надлежащем месте.

Пытаясь доказать, что существовала некая категория членов Императорского До-ма, не имеющих прав престолонаследия, г-н М.В. Назаров вновь передергивает факты: в "Придворном Календаре" он "находит и других членов, не имевших этого права". Речь идет о Княгинях Татиане Константиновне и Ирине Александровне (правда, г-н М.В. Назаров считает лишенным прав на престол и Великого Князя Николая Константи-новича, но это, как мы уже выяснили, его собственная выдумка). Однако две эти Княгини Императорской Крови ДОБРОВОЛЬНО отреклись от своих прав по статьям 37-38 и стали членами Императорского Дома, отказавшимися от реализации присущего им от рождения права. Лишить же Члена Императорского Дома прав без его на то согласия Основные Законы Российской Империи не разрешали, и даже воля царствующего Императора в этом вопросе была бессильной, ибо при вступлении на престол и при коронации он присягал "свято наблюдать вышепоставленные законы о наследии престола" (ст. 39).

Утверждения г-на М.В. Назарова об "измене" Великого Князя Кирилла Владимировича в феврале 1917 г. мы даже не хотим комментировать. Эта клевета опровергнута давным-давно, а если кто-то не знаком с историей действий Великого Князя во время революции и с механизмами появления т.н. "революционных интервью", то мы можем посоветовать лишь обратиться к обширной литературе на эту тему, совершенно не принимаемой во внимание г-ном М.В. Назаровым.

Характеризуя зарубежный этап истории Династии, г-н М.В. Назаров вновь допускает досадные искажения фактов. Так, говоря об отношениях с Церковью, он утверждает: "Лишь позже зарубежный первоиерарх (не знавший о лишении Кирилла прав престолонаследия) из политических потребностей объединения эмиграции положил почин признанию его "Главой Дома Романовых". Здесь все поставлено с ног на голову. Митрополит Антоний (Храповицкий), о котором идет речь, знал все о так называемом "лишении" и даже некоторое время симпатизировал противникам Кирилла Владимировича. Но, разобравшись с сутью дела, стал убежденным легитимистом и призвал эмиграцию: "Отцы и братие, умоляю вас, отрекитесь окончательно от треклятой революции против Бога и Царя и предайтесь во имя Отца, и Сына, и Святаго Духа законному Царю нашему Кириллу Владимировичу и законному Наследнику Его Владимиру Кирилловичу" (Царский Вестник, 1929, 14/27 октября). Судите сами, является ли это "признанием главой Дома из политических соображений", или чем-то значительно большим.

Еще весомее выглядит мнение самого Святого Патриарха Тихона. В мае 1924 г. Патриарх отказался передать благословение Великому Князю Николаю Николаевичу под предлогом того, что "есть законный и прямой Наследник Престола Великий Князь Кирилл" (Цыпин В., протоиерей, История Русской Православной Церкви 1917-1990. Учебник для православных духовных семинарий. - М., 1994, -С.75-76).

Г-н М.В. Назаров, вслед за И.А. Ильиным, абсолютно прав, говоря о том, что "чье бы то ни было признание, противоречащее требованиям законов, не может быть доказательством прав". Но точно также и чье-либо непризнание, противоречащее тем же законам, не является доказательством отсутствия прав. И мы, все-таки, остаемся при убеждении, что св. Император Николай II, Святитель Тихон, Митрополиты Антоний и Анастасий, Святитель Иоанн (Максимович) и другие люди их уровня, признававшие права Кирилла Владимировича и его наследников, лучше разбирались в законах и сути православной монархии, чем г.г. Ильин и Назаров. Да и тот же М.В. Зызыкин, у которого г-н М.В. Назаров позаимствовал львиную долю своего идеологического арсенала, в конце жизни посвящал книги "Благоверному Государю Великому Князю Владимиру Кирилловичу", а И.А. Ильин писал Государю Владимиру Кирилловичу и Государыне Леониде Георгиевне верноподданнические письма, и без всяких оговорок и фантазий именовал их дочь Марию Владимировну Великой Княжной.

Последний момент, на котором хотелось бы остановиться; "связь этой семьи с партией Гитлера и Ватиканом, ... затем опора на прокоммунистические круги" и т.д. Оказывается, "Кирилл обещал католикам унию в обмен на поддержку". Это фантастическое утверждение выводится г-ном М.В. Назаровым из переписки Двора Кирилла Владимировича с Ватиканом, где идет речь о том, что Императорская Власть в случае восстановления монархии обеспечит свободу отправления католического культа, т.е. вернется к политике Императорской России до революции. Ни о какой унии в этой переписке нет ни слова, но г-ну М.В. Назарову не привыкать прибегать к вольным интерпретациям. Настораживает другое. Из статьи в "Независимой Газете" таинственным образом напрочь исчезают масоны, с которыми у Кирилла Владимировича тоже, якобы, было налажено сотрудничество. В своей книге и в других многочисленных публикациях г-н М.В. Назаров напирает на масонскую тему изо всех сил. А тут вдруг — ни словечка. Невольно напрашивается сравнение с игроком, который извлекает из рукава карты, смотря по ходу игры и вниманию партнера. Как это называется в карточной игре - уточнять не будем.

А Глава Императорского Дома волен переписываться с кем угодно: с Гитлером и Ватиканом, с Мао Цзе Дуном и Чан Кай Ши, с Сомосой и Пол Потом... И ни у какого г-на М.В. Назарова он разрешения спрашивать не обязан. Если даже какие-то шаги Главы Династии в его дипломатии и были ошибочными, то на его правах это не отражается никак, а ответственность он несет перед Богом и Историей, но никак не перед каким-то г-ном М.В. Назаровым.

Не станем утомлять читателей разбором иных тезисов г-на М.В. Назарова. Приведенных иллюстраций вполне достаточно, чтобы обнаружить тенденциознейший подход антикирилловских авторов. Остается ответить на вопрос: чем же вызвана эта "благородная ненависть" к законной Династии?

Все дело состоит в том, что и г-н М.В. Назаров, и его агрессивные поклонники начисто лишены исторического чутья и чужды подлинной православной монархической традиции, о которой они так любят рассуждать. Их монархизм проистекает из одного только категорического неприятия демократии. Демократами не являются и легитимисты: г-ном М.В. Назаров совершенно напрасно приписывает нам стремление к "декоративной демократической монархии". В программных документах легитимистского монархического движения идеалом и естественной формой российской государственности указывается Православная Самодержавная Монархия. Но, в отличие от г-на М.В. Назарова, легитимисты понимают, что требовать "всего и сразу" означает похоронить монархическую идею изначально. Процесс выздоровления государства и общества может тянуться годами и десятилетиями, и, безусловно, нынешняя власть, со всеми ее недостатками, является в этом смысле явным прогрессом по отношению к семидесятилетнему богоборческому режиму. Поэтому легитимисты ищут взаимопонимания с ныне существующими политическими силами, готовы к диалогу с ними и сотрудничеству в деле недопущения возврата к богоборческому коммунизму. Идея Православной Монархии для легитимистов самоценна, и не может проистекать из отрицания демократии. Отношение же к Главе Династии основано на строгом и прямом следовании законам и на том менталитете, который у русских дал Царю любовное название Батюшка. Вряд ли г-н М.В. Назаров стал бы с упоением выискивать и описывать ошибки и недостатки своих отца и матери - тем более недостойно поступать так по отношению к Символу семьи и нации.

Г-н М.В. Назаров пытается доказать, что легитимность изжила себя, и «православную монархию» его образца следует начинать с нуля. Но как утверждал Л.А. Тихомиров, на которого г-н М.В. Назаров ссылается тоже весьма избирательно, "во всякое время и при каких бы то ни было обстоятельствах - лечить Монархию посредством нарушения легитимности — это все равно, что лечитъ головную боль посредством ампутации головы" (Тихомиров Л.А. Монархическая государственность, - С. 444). В остроумных словах русского мыслителя, всей жизнью выстрадавшего свое монархическое мировоззрение, заключается та мудрость, которая, увы, недоступна сектантскому фарисейскому псевдомонархизму.

Но, несмотря на травлю, развязанную антимонархическими и
псевдомонархическими кругами, Российский Императорский Дом, каково бы ни было произволение Божие о судьбах Монархии в России,
всегда будет силен любовью и уважением сограждан, верных своему историческому прошлому.


(Статья А.Н. Закатова «Легитимизм и «синтетическая монархия»», разъясняющая на нескольких типичных примерах ложную методологию противников законного Дома Романовых, была написана специально для «Независимой Газеты», в ответ на публикацию статьи М.В. Назарова «Монархия: православная или декоративная?» (Назаров М.В. Монархия: православная или декоративная» // Независимая газета, 1997, 28 июня). Однако публикация данного ответа не состоялась (наверное, в связи с «гонимостью» г-на М.В. Назарова и «поддержкой» Императорского Дома со стороны властей и средств массовой информации). Статья была напечатана в газете «Жизнь за Царя (Закатов А.Н. Легитимизм и синтетическая монархия // Жизнь за Царя, 1997, № 26-27), тираж которой, конечно, несопоставим с тиражом «Независимой Газеты». Сам угнетаемый, бедный и несчастный наставник и учитель некоего «вождя III Рима», праведник и борец за чистоту Православия и Монархии г-н М.В. Назаров, издающий свои книги и брошюры многотысячными тиражами и публикующийся в центральных газетах, успешно организующий (несмотря на свою откровенную враждебность Русской Православной Церкви Московского Патриархата) продажу собственных сочинений в многочисленных храмах и монастырях, регулярно проводящий собрания в центре Москвы и во многих других городах, не стерпев всех этих жутких преследований, понял, что знакомство читателей со статьей А.Н. Закатова ему крайне невыгодно. Поэтому он, включив для видимости объективности в последующие издания своей книги «Кто [не]наследник Российского Престола» некоторые материалы, написанные легитимистами и опровергающие те или иные фальсификации, побоялся присовокупить к ним статью «Легитимизм и «синтетическая монархия»». Побоялся потому, что в ней не просто разоблачаются его отдельные лживые измышления и подтасовки, а объясняются причины ненависти помраченных и горделивых людей к Дому Романовых и обнажаются приемы и методы дискредитации Законной Православной Династии, которым могут позавидовать самые опытные масоны и революционеры.)

Tags: Легитимизм, Монархическая идеология
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments